МИФОЛОГИЯ

0 73

МИФОЛОГИЯ (от греч. μῦθος– предание, сказание и λόγος – слово, понятие, учение) – форма общественного сознания; способ понимания природной и социальной действительности, характерный для ранних этапов развития общества. Мифология ориентирована на преодоление фундаментальных антиномий человеческого существования, на гармонизацию общества, личности и природы. В сознании первобытного коллектива мифология доминирует. Следствием неспособности человека выделить себя из окружающего мира и синкретичности первобытного мышления, его слитности с эмоциональной, аффективной сферой стало метафизическое сопоставление природных и культурных (социальных) объектов, очеловечивание окружающей природной среды, в т. ч. одушевление фрагментов космоса. Мифологическое мышление характеризуется неотчетливым разделением субъекта и объекта, предмета и знака, существа и его имени, пространственных и временных отношений, происхождения и сущности, безразличием к противоречию и т.п. Объекты сближались по вторичным чувственным качествам, смежности в пространстве и времени, выступали в качестве знаков других предметов. Рациональный принцип объяснения вещи и мира в целом заменялся в мифологии рассказом о происхождении и творении. В пределах мифа обычно оказывались совмещенными диахронический (рассказ о прошлом) и синхронический (объяснение настоящего или будущего) аспекты, но при этом мифологическое, т.е. раннее (сакральное), и текущее, последующее (профанное), резко разграничивалось. Мифологическое событие отделено от настоящего момента большим временным интервалом и воплощает собой не просто прошлое, но особое время первотворения, первопредметов и перводействий. Все, что происходило в мифическом времени, приобретает значение парадигмы и прецедента, т.е. образца для последующего воспроизведения. Т.о., моделирование оказывается специфической функцией мифа. Если научное обобщение строится на основе логических процедур, движения от конкретного к абстрактному и от причин к следствиям, то обобщение мифологическое оперирует конкретным и персональным, взятым в качестве знака. Иерархии причин и следствий соответствует гипостазирование, иерархия мифологических существ, имеющая семантически-ценностное значение. То, что в научном анализе выступает как аналогия или иной вид отношения, в мифологии выглядит как тождество, разделение на части. Содержание мифа представлялось первобытному сознанию в высшем смысле реальным, поскольку воплощало коллективный, «надежный» опыт осмысления жизни множеством предыдущих поколений, который служил предметом веры, а не критики. Мифы утверждали принятую в данном обществе систему ценностей, санкционировали и поддерживали определенные нормы поведения.
 Мифологическое отношение к миру выражалось не только в повествованиях, но и в действах (обрядах, танцах и т.п.). Миф и обряд в архаических культурах составляли известную целостность (мировоззренческую, функциональную, структурную), являя собой как бы два аспекта первобытной культуры – словесный и действенный, «теоретический» и «практический». Еще на ранних стадиях развития мифология соединяется с религиозно-мистическими обрядами и становится существенной частью религиозных верований. Будучи нерасчлененным, синтетическим единством, мифология включала в себя зачатки не только религии, но и философии, политических теорий, различных форм искусства, что осложняет задачу размежевания мифологии и близких к ней по жанру и времени возникновения форм словесного творчества: сказки, героического эпоса, легенды, исторического предания. Мифологическая основа прослеживается и в более позднем, «классическом» эпосе. Через сказку и героический эпос с мифологией оказывается связанной литература.
После окончательного выделения из мифологии различные формы общественного сознания продолжали пользоваться мифом как своим «языком», расширяя и по-новому толкуя мифологические символы. В 20 в., напр., наблюдается сознательное обращение к мифологии писателей различных направлений: в творчестве Дж.Джойса, Ф.Кафки, Т.Манна, Г.Маркеса, Ж.Жироду, Ж.Кокто, Ж.Ануя и др. происходит как переосмысление различных мифологических традиций, так и непосредственное «мифологизирование».
Некоторые особенности мифологического мышления сохраняются в массовом сознании наряду с элементами философского и научного знания, строгой научной логикой. При определенных условиях массовое сознание может служить почвой для распространения «социального» («политического») мифа. Так, немецкий нацизм возрождал и использовал древнегерманскую языческую мифологию и одновременно сам создавал разнообразные мифы – расовый и др. В целом, однако, мифология как ступень общественного сознания исторически изжила себя.
ИЗУЧЕНИЕ МИФОЛОГИИ. Попытки рационального подхода к мифологии предпринимались еще в Античности, причем преобладало аллегорическое истолкование мифов (у софистов, стоиков, пифагорейцев). Платон противопоставил мифологии в народном понимании философско-символическую ее интерпретацию. Эвгемер (4–3 вв. до н.э.) видел в мифических образах обожествление реальных исторических деятелей, положив начало «эвгемерическому» толкованию мифов, распространенному и позднее. Средневековые христианские теологи дискредитировали античную мифологию; интерес к ней возродился у гуманистов эпохи Возрождения, которые видели в мифах выражение чувств и страстей освобождающейся и осознающей себя личности.
Появление сравнительной мифологии было связано с открытием Америки и знакомством с культурой американских индейцев (Ж.Ф.Лафито). В философии Вико, потенциально содержавшей почти все последующие направления в изучении мифологии, своеобразие «божественной поэзии» мифа связывается с особыми формами мышления (сравнимыми с психологией ребенка), для которых характерны конкретность, телесность, эмоциональность, антропоморфизация мира и составляющих его элементов. Деятели французского Просвещения (Б.Фонтенель, Вольтер, Дидро, Монтескьё и др.) рассматривали мифологию как суеверие, продукт невежества и обмана. Переходную ступень от просветительского взгляда к романтическому составила концепция Гердера, трактовавшего мифологию как поэтическое богатство и мудрость народа. Романтическая традиция, получившая завершение у Шеллинга, интерпретировала мифологию как эстетический феномен, занимающий промежуточное положение между природой и искусством. Основной смысл романтической философии мифа состоял в замене аллегорического истолкования символическим.
Во 2-й половине 19 в. друг другу противостояли две магистральные школы изучения мифологии. Первая из них опиралась на достижения сравнительно-исторического языкознания и разрабатывала лингвистическую концепцию мифа (А.Кун, В.Шварц, В.Манхардт, М.Мюллер, Ф.И.Буслаев, А.Н.Афанасьев, А.А.Потебня и др.). Согласно взглядам Мюллера, первобытный человек обозначал отвлеченные понятия через конкретные признаки посредством метафорических эпитетов, а когда исходный смысл последних оказывался забыт или затемнен, в силу семантических сдвигов возникал миф (трактовка мифа как « языка»). Впоследствии эта концепция была признана несостоятельной, но сам по себе опыт использования языка для реконструкции мифа был весьма продуктивен. Вторая школа – антропологическая, или эволюционистская, – сложилась в Великобритании в результате первых научных шагов сравнительной этнографии. Мифология возводилась к анимизму, т.е. к представлению о душе, возникающему у «дикаря» из размышлений о смерти, снах, болезнях, и отождествлялась со своеобразной первобытной наукой; с развитием культуры мифология становится не более чем пережитком, лишаясь самостоятельного значения. Серьезное переосмысление этой теории предложил Дж.Фрейзер, который истолковал миф не как сознательную попытку объяснения окружающего мира, а как слепок магического ритуала. Ритуалистическая концепция Фрейзера была развита кембриджской школой классической филологии (Д.Харрисон, Ф.Корнфорд, А.Кук, Г.Марри), причем в 1930–40-х гг. ритуалистическая школа заняла доминирующее положение (С.Хук, Т.Тестер, Э.Джеймс и др.), но ее крайности вызывали справедливую критику (К.Клакхон, У.Баском, В.Гринуэй, Дж.Фонтенроз, К.Леви-Строс). Английский этнограф Б.Малиновский положил начало функциональной школе в этнологии, приписав мифу в первую очередь практические функции поддержания традиции и непрерывности племенной культуры. Представители французской социологической школы (Э.Дюркгейм, Л.Леви-Брюль) обращали внимание на моделирование в мифологии особенностей родовой организации. Впоследствии изучение мифологии сместилось в область специфики мифологического мышления. Леви-Брюль полагал первобытное мышление «дологическим», т.е. мышлением, в котором коллективные представления служат предметом веры и носят императивный характер. К «механизмам» мифологического мышления он относил несоблюдение логического закона исключенного третьего (объекты могут быть одновременно и самими собой, и чем-то другим), закон партиципации (мистическое сопричастие тотемической группы и какого-либо объекта, явления), неоднородность пространства, качественный характер представлений о времени и др.
Символическая теория мифа, развитая Э.Кассирером, углубила понимание интеллектуального своеобразия мифа как автономной символической формы культуры, особым образом моделирующей мир. В работах В.Вундта подчеркивалась роль аффективных состояний и сновидений в генезисе мифа. Эта линия интерпретации продолжена у З.Фрейда и его последователей, которые усматривали в мифе выражение бессознательных психических комплексов. Согласно точке зрения К.Г.Юнга, различные проявления человеческой фантазии (миф, поэзия, сны) связаны с коллективно-подсознательными мифоподобными символами – т.н. архетипами. Эти первичные образы коллективной фантазии выступают в роли «категорий», которые организуют внешние представления. У Юнга также наметилась тенденция к излишней психологизации мифа и расширению его понимания до продукта воображения вообще. Структуралистская теория мифа Леви-Строса, не отрицая конкретности и метафоричности мифологического мышления, утверждала вместе с тем его способность к обобщению, классификациям и логическому анализу; для прояснения этих процедур и был использован структурный метод. Леви-Строс видел в мифе логический инструмент разрешения фундаментальных противоречий посредством медиации – замены фундаментальной противоположности более мягкими противоположностями.
В российской науке изучение мифологии шло в основном по двум руслам: работы этнографов и исследования филологов – преимущественно «классиков», а также лингвистов-семио-тиков, обращавшихся к мифологии при разработке проблем семантики. Главным объектом исследования этнографов (работы В.Г.Богораза, Л.Я.Штейнберга, А.М.Золотарева, С.А.Токарева, А.Ф.Анисимова, Б.И.Шаревской и др.) является соотношение мифологии и религии, а также отражение в религиозных мифах производственной практики и социальной организации. А.Ф.Лосев отмечал совпадение в мифе общей идеи и чувственного образа, неразделенность идеального и вещественного. В 1920–30-х гг. в трудах И.М.Тронского, И.И.Толстого и др. разрабатывались проблемы античной мифологии в соотношении с фольклором. M.M.Бахтин показал, что народная карнавальная (античная и средневековая) культура служила промежуточным звеном между ритуальной первобытной культурой и художественной литературой. Ядром исследований лингвистов-структуралистов В.В.Иванова и В.И.Топорова являются опыты реконструкции древних балто-славянских и индоевропейских мифологических семантик средствами современной семиотики. Методы семиотики используются в работах Е.М.Мелетинского по общей теории мифа.
Литература:
1.  Ланг Э. Мифология, пер. с франц. М., 1903;
2.  Вундт В. Миф и религия, пер. с нем. СПб., 1913;
3.  Фрейд З. Тотем и табу, пер. с нем. М. – П., 1923;
4.  Леви-Брюль Л. Первобытное мышление, пер. с франц. М., 1930;
5.  Лосев А.Ф. Античная мифология в ее историческом развитии. М., 1957;
6.  Токарев С.А. Что такое мифология? – В сб.: Вопросы истории религии и атеизма, т. 10. М., 1962;
7.  Золотарев А.М. Родовой строй и первобытная мифология. М., 1964;
8.  Кессиди Ф.X. От мифа к логосу. М., 1972;
9.  Иванов В.В., Топоров В.Н. Исследования в области славянских древностей. М., 1974;
10.  Мелетинский Е.М. Поэтика мифа. М., 1976;
11.  Стеблин-Каменский М.И. Миф. Л., 1976;
12.  Фрейденберг О.М. Миф и литература древности. М., 1980;
13.  Мифы народов мира, т. 1–2. М., 1980–81;
14.  Леви-Строс К. Структурная антропология. М., 1985;
15.  Голосовкер Я.Э. Логика мифа. М., 1987;
16.  Хюбнер К. Истина мифа. М., 1996;
17.  Cassirer E. Philosophie der symbolischen Formen, Bd. 2 – Das mythische Denken. В., 1925;
18.  Campbell J. The Masks of God, v. 1–4. Ν. Υ., 1959–68;
19.  Eliade M. Aspects du mythe. P., 1963;
20.  Levi-Strauss С. Mythologiques, т. 1–4. P., 1964–71;
21.  Kirk G.S. Myth, its meaning and functions in ancient and other cultures. Cambr. – Berk. – Los Ang., 1970.
Ε.Μ.Мелетинский
 

Войти с помощью: 
Подписаться
Уведомление о
guest
0 Комментарий
Встроенные отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Будем рады вашим мыслям, пожалуйста, прокомментируйте.x
()
x