Основные характеристики методологического подхода в криминологии

0 304

Понятие методологии и методики

Тема — 2. Методология и методика криминологических исследований
Учебные вопросы:
1. Понятие методологии и методики
2. Основные характеристики методологического подхода в криминологии
3. Применение в криминологии общенаучных методов познания
4. Применение в криминологии конкретно-социологиче­ских методов
5. Методики криминологического исследования
 Когда человек приступает к изучению какого-либо пред­мета, у него есть несколько путей. Один путь — ознакомить­ся с суммой накопленных знаний и сформулированных пред­шественниками выводов, а затем руководствоваться ими в своей деятельности. Другой — самому научиться анализиро­вать изучаемые явления и сопоставлять новые данные с ра­нее полученными в целях познания закономерностей изу­чаемого явления.
Например, раньше в учебниках по криминологии разде­лы о преступности в основном содержали сведения о харак­теристиках существующей преступности. Однако криминаль­ная ситуация постоянно меняется и уже через год-два после выхода учебника соответствующая утрачивает былую актуальность. Очевидно важнее другое: показать ме­тоды анализа преступности и ее изменений. Преподнесение готового знания в этом плане гораздо менее практично, чем указание пути к его получению.
Второй путь несомненно более продуктивен, но он предполагает методологическую куль­туру исследования, использование всего арсенала возмож­ных методов.
Methodos по-гречески — это буквально путь к чему-либо, исследование. В русском языке и научном обороте употребля­ются слова: методология, методика, методы и ряд других.
Не вдаваясь в сложный анализ всех этих терминов, ос­тановимся на содержании наиболее часто употребляемых:
метод — это прием, способ исследования;
методика — совокупность методов исследования;
методология — учение о путях, методах научного ис­следования чего-либо.
Целесообразно обратиться сначала к криминологическим проблемам методологии, а затем рассмотреть совокупность конкретных методов и методик.
 Методология криминологического исследования, как и любого другого, зависит от предмета и объекта исследова­ния, стоящих перед исследователем задач. Совершенно оче­видно, что методика исследования человека не может быть идентичной методике исследования неживой природы, а ме­тодика изучения общества отличается от методики изучения человека.
Как уже отмечалось, предмет криминологического ис­следования — закономерности преступности, ее детермина­ции, причинности, подверженности различным воздействи­ям, а объект — это преступность в разных проявлениях; про­дуцирующие ее и влияющие на нее явления, процессы; ха­рактер воздействия на преступность и последствия такого воздействия.

Какими же должны быть пути криминологического ис­следования, имея в виду, что оно затрагивает и сложные об­щественные процессы, продуцирующие преступность, и ха­рактеристики людей, совершающих преступления?
Вопросы гносеологии (gnosis, gnoseos — по-гречески оз­начает учение о познании) всегда не меньше волновали кри­минологов, чем вопросы о сущем, вопросы онтологии (ontos — это по-гречески сущее).
Практически наши суждения о сущем, в частности о пре­ступности, зависимы от нашего методологического, гносео­логического подхода, от того, как мы понимаем и изучаем это сущее.
Например, представители уголовно-антропологическо­го направления в криминологии в процессе доказывания врож­денного характера черт человека, обусловливающих его пре­ступное поведение, проводили антропологические и другие исследования.
В то же сторонники так называемой критической криминологии полагают достаточным анализи­ровать только характеристики общества, порождающие пре­ступность, осуществляя социологический, политологический, экономический и другие анализы общественных отношений. Но они при этом не считают необходимым уделять внимание самой преступности, изучению преступников.
Если говорить в целом о методологии криминологиче­ского познания, то оно базируется на использовании диалектико-материалистического учения. При этом принципиально важно следующее:
во-первых, преступность рассматривается как социаль­ное явление, и, соответственно, при ее исследовании исполь­зуются методы социальных наук. В том числе социологии, социальной психологии. Наряду с разнообразными социаль­ными явлениями, процессами, институтами изучается и че­ловек. Но не с биологических позиций, а как член общества, продукт общественного развития. И не случайно криминоло­ги говорят именно о личности преступника;

во-вторых, преступность анализируется во взаимодей­ствии, взаимозависимости с другими явлениями и процесса­ми. Она всегда рассматривается в контексте общественных отношений. Преступность — не нечто стоящее рядом с об­ществом, но явление, существующее в данном обществе, про­низывающее разные его сферы: политическую, экономиче­скую, социальную, духовную.
Преступность тесно связана со многими другими обще­ственными явлениями и, прежде всего, с так называемыми негативными социальными отклонениями или разными фор­мами социальной патологии. Например, с теневой экономи­кой, наркотизмом, административными правонарушениями, гражданско-правовыми деликтами и тому подобное.
Преступление рассматривается во взаимосвязи с иными актами поведения человека, в контексте всей его деятельно­сти;
в-третьих, существенно рассмотрение криминологиче­ски значимых явлений (преступления, преступности, их де­терминации, причин и т. п.) в их движении и изменении. Другими словами, не только в статике, но изучая прошлое, настоящее и прогнозируя будущее;
в-четвертых, развитие криминологически значимых яв­лений рассматривается как процесс, в котором движение но­сит поступательный характер. Имеется в виду, что движение происходит не по кругу. Соответственно, не может быть про­стого воспроизведения того, что уже было. Количественные изменения при их накоплении, развитии переходят в качест­венные и порождают новые состояния преступности. А это тре­бует изменения подходов к борьбе с ней или, иначе можно ска­зать: постоянного совершенствования борьбы с преступностью;
в-пятых, учитываются и внутренние противоречия, раз­ные стороны изучаемых криминальных явлений, и внешние, т. е. противоречия между криминальными и иными явления­ми. Принимаются во внимание также взаимодействия внут­ренних и внешних противоречий. Борьба противоречий как раз и служит источником развития соответствующих явле­ний. Борьба с преступностью, предупреждение преступле­ний — это всегда одновременно устранение негативных сто­рон и опора на положительные, развитие и поощрение их.
В криминологии, как и в других науках, важно следова­ние правилу о совпадении начального пункта в теории с на­чальным пунктом на практике.
При изложении вопроса о предмете и содержании кри­минологии большинство авторов начинают с указания на пре­ступность. А затем уже упоминают ее детерминацию, при­чинность.
И, казалось бы, криминолог должен начинать конкрет­ное исследование с анализа преступности. Однако существу­ет другой подход: преступностью можно пренебречь, а ана­лиз ее причин начать с исследования общества, так как пре­ступность — продукт общества. Каково общество, такова и преступность. Одни авторы отмечали, что преступность от­ражает «одну из разновидностей явлений социальной дис­функции». Другие писали, что преступность — это всего лишь «процесс совершаемости общественно опасных деяний, за­прещенных уголовным законом под угрозой наказания». Тре­тьи уточняли, что преступность — «один из параметров об­щества, характеризующих состояние социального организ­ма, рассогласованность между его составными частями».
Эти утверждения заслуживают внимания в том отноше­нии, что авторы рассматривают преступность как явление, порождаемое обществом. И это — сильная сторона позиции. Однако при указанном подходе фактически не признается какая-либо относительная самостоятельность преступности, игнорируется вопрос о ее собственных закономерностях.
Образно говоря, преступность в этом случае рассматрива­ется как изображение на белом экране, возникающее в резуль­тате функционирования общества. Меняется общество — не­медленно изменяется изображение. Зачем же его изучать?
Указанный подход исключает специфику криминологии как науки, специфику ее взгляда на преступность. А между тем полезно и другое: посмотреть на общество, его экономи­ку, политику и другие сферы через призму преступности.
Можно изучать океан, наблюдая за ним с высоты полета спут­ника или самолета, в процессе исследований земного шара. А можно проводить исследования, погружаясь в глубины океа­на и через призму океана смотреть на то, что определяет происходящие в нем процессы, как он влияет на все земное. Для океанологов без такого угла зрения и погружения в оке­ан изучение заведомо будет неполным.
Но океан — само­стоятельная реальность. А преступность? Тогда надо при­знать, что преступность — это не некое отражение на белом экране, проецируемое обществом и синхронно изменяющее­ся с изменениями, происходящими в обществе. Преступность можно сравнить с зафиксированным слепком, не сразу ме­няющим свои очертания, характеристики по мере изменения внешних для него условий. Известно, что люди находят на окаменевшей глине отпечатки давно погибших листьев папо­ротника. А что можно увидеть при анализе детерминации и причинности преступности: только сегодняшние характери­стики общественных отношений или и прошлые, отпечатав­шиеся в сознании людей, их традициях, интересах, стерео­типах поведения? А сама преступность оказывает влияние на общество? Если оказывает, то как именно? Ответы на эти вопросы все-таки приводят к выводу о необходимости изу­чения самой преступности.
Но методология такого изучения зависит от решения еще одной дилеммы. Преступность, по мнению ряда ученых, — абстракция. Реально существуют отдельные преступления и отдельные виды преступлений. Логика рассуждений здесь такова: преступность означает совершаемость преступлений, а что в результате совершаемости возникает, зависит от многих обстоятельств, в том числе биологических и других свойств человека, внешних условий. Исследователя не инте­ресует, что именно возникает, его должен интересовать сам процесс совершаемости. Такова эта позиция. Другая же ис­ходит из того, что преступность — относительно самостоя­тельное, целостное явление, изучение которого требует в том числе системно-структурного подхода.
Фактически эти дискуссии связаны с тем, как понимать криминологию: как социологию преступности или самостоя­тельную науку.
Возникает вопрос, нельзя ли рассматривать криминоло­гию как одну из специальных социологических теорий и в этом смысле говорить о ней как о социологии преступности? Поскольку специальные социологические теории в целом со­ставляют прикладную социологию, то криминология, следо­вательно, должна была бы рассматриваться как составная часть прикладной социологии.
Однако криминологу при анализе преступности и про­цессов ее детерминации приходится касаться не только со­циальной сферы жизни общества, но и политической, эконо­мической, духовной. Тогда допустимо говорить и об экономи­ке преступности, и о политике в связи с преступностью, и о психологии преступности. Совершенно очевидно, что такого рода проблемы будут считать делом политологов, экономи­стов, социальных психологов. Ведь никто не отрицает само­стоятельность экономики, политологии, социальной психоло­гии по отношению к социологии. Значит, проблема преступ­ности перерастает только социологическую.
Но может ли быть она ограничена только взглядом на преступность представи­телей указанных наук? На этот вопрос можно дать только отрицательный ответ, ибо важно анализировать преступность во взаимосвязи всех ее проявлений, во всех сферах жизни общества, выявлять процессы детерминации и причинности, во-первых, коренящиеся в этих сферах, во-вторых, проте­кающие во взаимодействии разных явлений и процессов, характеристик людей и внешней для них среды.
 
 

Войти с помощью: 
Подписаться
Уведомление о
guest
0 Комментарий
Встроенные отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Будем рады вашим мыслям, пожалуйста, прокомментируйте.x
()
x