Понятие преступления и преступности

0 147

Проблемы преступного поведения в их научном и практическом аспектах весьма значимы для понимания преступности и ее при­чин, а значит, и для борьбы с ней.
Преступность — сложное явление, которое предстает перед нами, прежде всего, в виде различных преступлений. Поэтому це­лесообразно начать рассмотрение вопроса о преступности с пре­ступления[1].
Преступление можно рассматривать и с позиции криминоло­гии, и с позиции уголовного права: того, как оно отражает раз­ные стороны фактически совершаемых наиболее общественно опасных деяний.
При уголовно-правовом подходе внимание сосредоточивается на юридическом анализе состава преступления в единстве четы­рех его элементов: объекта, объективной стороны, субъекта и субъективной стороны. Преступление анализируется как относи­тельно изолированный акт виновного нарушения человеком уголовного запрета.
При криминологическом подходе преступление рассматривает­ся, во-первых, в контексте одновременно условий внешней для человека среды и характеристик самого человека; во-вторых, не как одномоментный акт, а как определенный процесс, развертывающийся в пространстве и времени[2].
Эти два аспекта анализа имеют не только теоретическое, но и практическое значение. Уголовно-правовой преступления позволяет выявить систему признаков, необходимых и достаточ­ных для признания того, что лицо совершило деяние, предусмот­ренное (запрещенное) конкретной нормой уголовного закона, и подлежит уголовной ответственности в соответствии с ней.
Криминологический подход направлен на выявление причин и условий преступления, особенностей характеристик лица, совершающего преступление, социальных последствий преступного поведения. Все это позволяет понять, что надо предпринимать для предупреждения совершения новых преступлений данным лицом и совершения подобных преступлений иными лицами; ка­кие конкретно меры в пределах закона целесообразно избрать в отношении виновного и в целях пресечения неблагоприятных социальных последствий содеянного.
Вопрос о соотношении преступности и преступления имеет важное значение для правильного подхода к их изучению и для разработки действенных мер по борьбе с преступностью. При сопоставлении преступности и преступления следует различать сущностное содержание преступности и ее внешнее проявление. Как негативный вид социального поведения, нарушающего нор­мы уголовного законодательства, преступность проявляется в отдельных единичных преступных посягательствах. Но как соци­альное явление преступность не исчерпывается тем, что свойст­венно отдельным преступлениям. Преступность — явление зако­номерное, обусловленное особенностями общесоциальных усло­вий, в то как отдельные преступления, будучи частным-проявлением этой закономерности, обусловлены индивидуальны­ми обстоятельствами и носят случайный характер. Это значит, что любое конкретное преступление может быть, а может и не быть, его можно не допустить. Преступность же в целом на оп­ределенном этапе развития общества — закономерно и неизбеж­но существующая объективная реальность, искоренить которую нельзя.

Отдельные преступления между собой, как правило, не свя­заны и преступность из них складывается стихийно. Однако в рамках всей преступности между отдельными ее проявлениями существует определенная связь и зависимость. Так, должност­ные и хозяйственные преступления взаимосвязаны с преступле­ниями против государственной и общественной собственности, а последние — со спекуляцией и взяточничеством.
Различие преступности и конкретного преступления (или со­вокупности преступлений) отчетливо проявляется при анализе ее последствий. Эти последствия можно условно разделить на социально-экономические и социально-психологические. Если при совершении преступлений, прежде всего, учитываются последст­вия, являющиеся элементом объективной стороны состава тех или иных преступлений (ущерб от хищений, по причине халат­ности; количество человеческих жертв в результате убийств и т. п.), то последствия преступности по своему объему и зна­чимости многообразнее и серьезнее.
При анализе содеянного и наступивших последствий проис­ходит сравнение достигнутого с желаемым. Все это вновь соотно­сится с нормами морали, права, общественным мнением, груп­повыми оценками. Человек может либо раскаиваться в содеян­ном (и том числе в результате такого раскаяния явиться с повинной), либо выработать систему защиты против разоблаче­ния. Речь идет не только о фактической защите путем сокрытия следов преступления, устранения свидетелей и т. п. Кстати, эти действия порой планируются при принятии решения и являются неотъемлемой частью исполнения решения. Но не меньшее зна­чение имеет и система психологической защиты, выработка за­щитных мотивов[3].

Смотрите также  Дееспособность (общие положения)

Нередко на допросах обвиняемые выдвигают именно защитные мотивы, которые могут существенно отличаться от побудитель­ных, характерных для первого этапа механизма преступного пове­дения. В литературе описываются комплексы механизмов психологи­ческой самозащиты[4]. Среди них значительное место занимают те, которые отражают весьма субъективное толкование виновным мотивации преступления, своего поведения в ней.
Границы криминологического анализа преступления, как правило, шире уголовно-правового[5].
Во-первых, стадии мотивации и принятия решения могут включать такие поступки, которые уголовным законом не расце­ниваются как приготовление к совершению преступления, но они криминологически значимы — могут свидетельствовать о поисках криминального решения проблемы. Так, лицо, ориенти­рованное на совершение крупного хищения, заранее подыскива­ет себе подходящий объект, устраивается туда на работу, изучает нею систему охраны и контроля. И только через какое-то начинает создавать дополнительные условия для облегчения хи­щения. Хищение же совершает в удобный момент.
Во-вторых, при криминологическом исследовании изучается посткриминальное поведение, имеющее отношение к реализации преступного решения. Анализируются социальные последствия деяния, как для самого виновного, так и для среды. Кроме того, учитываются и такие моменты, как укрепление антиобществен­ной ориентации, приобретение криминальных навыков, наруше­ние нормального функционирования какой-то организации, соз­дание условий для продолжения преступной деятельности. Строго говоря, в криминологическом смысле посткриминаль­ное поведение — это этап преступного поведения. Но тогда пре­ступное поведение рассматривается как более широкое понятие, чем преступление в уголовно-правовом смысле.[6]
Понятие «преступность» чаще всего употребляется в тех слу­чаях, когда речь идет о множестве преступлений, об их опреде­ленной статистической совокупности.
«Преступность — это относительно массовое, исторически из­менчивое социальное, имеющее уголовно-правовой характер, яв­ление классового общества, слагающееся из всей совокупности преступлений, совершаемых в соответствующем государстве в определенный период времени», — писала Н. Ф. Кузнецова в конце 60-х гг.[7]
При диалектическом рассмотрении проблемы соотношения преступления и преступности как общего и отдельного (единич­ного) можно изменить угол зрения и поставить следующий во­прос: если мы соглашаемся с тем, что преступления — это кон­кретизированные проявления преступности, то правомочно ли утверждение, что преступность представляет собой только множе­ство преступлений? И только ли преступления служат проявле­ниями преступности? Другими словами, надо продолжать искать отпет на вопрос, что же все-таки представляет собой преступ­ность, что стоит за отдельными преступлениями и преступной деятельностью конкретных субъектов.
Во-первых, преступность нам является не только в виде фактов преступных деяний. В настоящее статистический учет пре­ступности осуществляется не только по фактам преступлений, но и по лицам. Это следует учитывать, поскольку нельзя разрывать деяния и деятелей — субъектов деяний. Преступность проявляет себя и в наличии организованных преступных формирований (групп, банд, преступных организаций), и в появлении жертв преступлений, и в материальном ущербе. Мы судим о ней и по ряду факторов, которые называются «последствиями преступно­сти». Академик В. Н. Кудрявцев высказал мысль, что преступность включает всю совокупность совершенных преступлений и насту­пивших общественно опасных результатов[8].
Во-вторых, речь идет не просто о множестве преступлений, не связанных друг с другом, а о сложной системе, в которой имеют значение и характеристики связей. Криминологические исследования указывали на то, что между различными преступными актами существуют многообразные взаимосвязи. Они бывают очевидны уже при анализе преступной деятельности, которая рассматривалась ранее.
Поэтому в 60—70-е гг. отечественные криминологи стали под­черкивать, что преступность — это совокупностьпреступлений, а не простое их множество. Однако это оказалось недостаточным, так как связь многих преступлений осуществлялась через субъек­та преступления (один человек совершал несколько преступле­ний, а одно преступление совершалось несколькими субъекта­ми). Тогда возникло утверждение, что преступность — это слож­ная совокупность преступлений и их субъектов.
В конце 70—80-х гг. в криминологии все более стал утвер­ждаться взгляд, согласно которому преступность носит систем­но-структурный характер, в определениях преступности отмеча­лось, что преступность — сложная совокупность, целостная со­вокупность преступлений, а не простая их арифметическая сумма. В этой совокупности преступления определенным обра­зом взаимосвязаны. Позднее стало использоваться и другое, бо­лее точное понятие — «система преступлений»: «Преступность — это не механическое множество, а целостная совокупность, сис­тема преступлений. Она имеет определенные системные свойст­ва, т. е. устойчивые взаимозависимости преступлений внутри це­лостности и между ней и другими социальными явлениями»[9].
Утверждения о наличии системных зависимостей внутри пре­ступности, между преступностью и обществом основаны на ре­зультатах проводившихся криминологических исследований. Сейчас уже этот взгляд можно считать признанным, хотя поня­тие «система» подчас употребляется наряду с понятиями «сово­купность», «сумма». Существует также точка зрения, согласно которой преступ­ность обладает только определенными признаками системы: ей присущи устойчивость и повторяемость, но одновременно так­же — элементы стихийности, отсутствие в большинстве случаев связи между отдельными преступлениями; изменение преступно­сти происходит не вследствие саморазвития, что свойственно сис­темам, а в результате воздействия внешних для нее обстоятельств.
Вопрос о системно-структурном характере какого-либо объек­та возникает тогда, когда необходимо выяснить, как изменение данного объекта взаимосвязано с изменением более общего целого, в которое он входит как часть, и как изменение одной час­ти целого связано с изменением других частей. Эта задача неизбежно возникает и перед криминологами, ко­торые изучают преступность в органическом единстве с общест­вом, как сложное явление, исследуют взаимосвязи разных ее ви­дов.
Попытки обоснования преступности как специфического сис­темно-структурного образования предпринимались рядом кри­минологов, но они к этому шли разными путями: одни авторы считают, что при системном подходе в исследовании этого явле­ния речь должна идти о взаимосвязи, взаимообусловленности преступности и ее причин[10]; по мнению других авторов — о взаи­мосвязи преступлений и лиц, их совершающих[11]; третьи указыва­ют на взаимосвязь разных подструктур (элементов) преступно­сти.
Так, Г. А. Аванесов, С. Е. Вицин отмечают, что для данного явления характерен комплекс взаимосвязанных элементов. Эле­ментами признаются и отдельные преступления, и виды преступ­ности. По отношению к последней они выступают в качестве подсистем[12]. Именно в результате того, что преступность представляет со­бой определенную систему взаимосвязанных элементов, она облада­ет относительной самостоятельностью, такими качественными характеристиками, которые не свойственны отдельным ее элемен­там.
Криминологические исследования фиксируют закономерные взаи­мосвязи разных элементов преступности, подтверждают ее способ­ность «приспосабливаться» к изменениям среды и даже «приспосаб­ливать» среду для своего выживания и развития. В новых условиях видоизменяются формы ее проявления, наблюдается и обратное влияние преступности на общество. Серьезное обсуждение проблемы системного характера преступ­ности предполагает решение вопроса о критериях выделения разных ее элементов и типах их взаимосвязи.. Обоснование системного характера преступности базирует­ся на:
а) признании преступности в качестве специфической под­системы общества как элемента более общей системы — общест­ва в целом;
б) обосновании определенной целостности преступности как целого, отдельных ее элементов на основе выделения единого критерия качества;
в) выделении конкретных элементов (подструктур) преступности, находящихся между собой во взаимосвязи, взаимообуслов­ленности, которые и задают новые качественные характеристики всей преступности в целом, отличающие ее от отдельных элемен­тов.
Преступность может рассматриваться в качестве продукта взаимо­действия определенных типов среды и типов личности. На осно­ве ведущей стороны в этом взаимодействии можно выделить две крупные подструктуры преступности:
1) устойчивую, в происхождении которой ведущую роль игра­ют личностные характеристики: человек преодолевает препятст­вия, создает удобные для совершения преступлений условия, ак­тивно использует их;
2) ситуативную, генезис которой определяется более сильным влиянием среды, чем личностных характеристик, сложной ситуа­цией преступного поведения.
Такое разграничение основано на том, что социальные влия­ния способны запечатлеваться в личностных характеристиках и надолго определять поведение человека. Разумеется, он меняется в изменяющихся условиях. Поэтому можно было бы говорить об относительной устойчивости преступного поведения какого-то лица. Однако в какой-то определенный период допустимо назы­вать устойчивой преступность, определяемую в основном уже сформированными в обществе характеристиками человека. Ситуативная преступность быстрее и непосредственнее реагирует на изменение социальных условий, ситуацию. Роль личностных де­формаций преступников в ее генезисе незначительна, как бывают, незначительны и эти деформации[13].
В свою очередь в каждом из этих двух видов преступности то­же можно выделить по две подструктуры:
1) в устойчивой преступности — предумышленную (включаю­щую в том числе организованную, профессиональную) и актуаль­но-установочную(характеризующуюся мгновенным избранием лицом преступного варианта поведения в подходящей ситуации);
2) в ситуативной преступности — виктимно-ситуативную (ха­рактеризующуюся очевидно неблагоприятной ситуацией совер­шения преступления, а также определенной виной преступника в создании или попадании в такую ситуацию) и случайно-ситуа­тивную (когда сложная ситуация совершения преступления соз­далась помимо лица, совершившего преступление, и была для него неожиданной, непривычной).
В предумышленной преступности отмечается продуманное ис­пользование социальных условий, планирование преступной дея­тельности, при необходимости — создание благоприятной для нарушения уголовно-правового запрета обстановки, постоянный учет происходящих изменений, в том числе в состоянии социаль­ною контроля, включая борьбу с преступностью. Выбор преступ­ного варианта поведения оценивается субъектом как наиболее выгодный для него в соответствующих условиях. При этом тща­тельно взвешивается возможный баланс приобретений и потерь. Здесь особенно велика роль личности.
Актуально-установочная преступность порождается под ре­шающим влиянием актуальной установки, когда определенный социальный тип личности с негативно деформированными по­требностями, интересами или не соответствующими закону пред­ставлениями о средствах их обеспечения оказывается в ситуации возможного удовлетворения этих потребностей и интересов. Здесь, кик правило, отмечается так называемый свернутый механизм пре­ступного поведения, оно осуществляется без продуманного плана и выбора вариантов поведения. Личность раскручивается, как пру­жина, в ситуации возможного удовлетворения ее потребностей и интересов, предельно обнажает свои уже сформированные уста­новки. Следует подчеркнуть, что ситуация здесь не такова, чтобы определять однозначно поведение в качестве преступного. Это, на­пример, случай, когда у стоящего впереди в автобусе мужчины ви­ден высовывающийся из кармана бумажник. Здесь не надо созда­вать или приспосабливать какие-то условия. Но, чтобы преступно завладеть бумажником, необходимо существенное искажение потребностно-мотивационной и нравственно-правовой характери­стик личности.
В основе проявления ситуативной преступности лежит сама ситуация, в которой человек должен выбрать определенный ва­риант поведения и выбирает преступный. Такая ситуация мо­жет:
а) быть непосредственно криминальной, когда потерпевшей сто­роной выступает фактически лицо, совершающее в данный мо­мент преступление, и речь идет о преступном реагировании на преступление;
б) носить опосредованно или отдаленно криминальный характер, отражать отдаленные, косвенные последствия преступности;
в) носить общий неблагоприятный характер, распространение пьянства, наркомании, безработицы, бездомности, коррупции и т. п.
В виктимно-ситуативной преступности роль ситуации опреде­ляющая, однако, все-таки даст себя знать и деформация некото­рых личностных характеристик преступников, в результате чего последние втягиваются к конфликт, попадают в проблемные по­ложения. Так, в компании, распивающей спиртные напитки в значительном количестве, нередко возникают ссоры, конфликты. В таком конфликте, драке нередко только случай решает, кто станет жертвой, а кто виновным[14].
В случайно-ситуативной преступности определяющей (почти полностью) является неожиданно возникшая ситуация, к кото­рой личность не была подготовлена всем своим предшествую­щим развитием, а потому не смогла быстро найти правомерный вариант решения конфликта. Поскольку преступность — это социальная система, ей присущи характеристики именно такой системы: целенаправленность, от­крытость, самодетерминация и развитие при просчетах борьбы с преступностью. Специфическая целенаправленность в преступности может про­являться либо в достижении общественно опасных, противоправ­ных целей (насыщение региона наркотиками и т. п.), либо достижение, в общем-то не запрещаемых правом целей, но общест­венно опасными, противоправными средствами (обогащение путем вымогательства, отстаивание своей чести путем умышлен­ного убийства лица, нанесшего оскорбление).
В социальных взаимодействиях преступность выступает как открытая, а не жесткая система. Она адаптируется к условиям среды, готова к изменениям, правда, в определенных пределах. В це­лом же преступность саморазвивается и самодетерминируется как самоуправляемая система.
 

Войти с помощью: 
Подписаться
Уведомление о
guest
0 Комментарий
Встроенные отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Будем рады вашим мыслям, пожалуйста, прокомментируйте.x
()
x