Статья 17 5 страница

0 84

 
 
Перечень прав и свобод, содержащийся в Межамериканской конвенции, не выходит за пределы традиционных гражданских и политических прав. Он, как и в Европейской конвенции, уже того списка, который закреплен в Международном пакте о гражданских и политических правах. Однако одновременно следует отметить, что этот перечень прав в Межамериканской конвенции значительно шире, чем в Европейской конвенции. В частности, в ней содержатся такие права, как право на имя, права ребенка, право на гражданство или национальность, право на равенство перед законом, право на убежище и др.
 
 
В основе функционирования созданного в соответствии с Конвенцией контрольного механизма (Комиссия и Суд) лежит положение, в соответствии с которым любое лицо или группа лиц, а также неправительственная организация, законно признанная в одном или более государств-членов ОАГ, наделяются правом представления в Межамериканскую комиссию петиций с жалобами на нарушения Конвенции государством–участником (ст. 44 Конвенции). Если данное положение юридически обязательно для любого государства–участника Конвенции, то положение, наделяющее Комиссию правом получать и рассматривать сообщения, представленные одним государством-участником в отношении другого в связи с нарушением последним своих обязательств по Конвенции, является факультативным и в силу этого накладывает обязательства юридического характера и действует только в отношении тех государств, которые сделали специальные заявления о признании компетенции Комиссии по этому вопросу.
 
 
По состоянию на январь 1997 г. в Комиссию было направлено в общей сложности 13 000 петиций, из них 13 были впоследствии направлены в Суд и рассмотрены им. Важно отметить, что только два дела, рассмотренных Судом, касались нарушения процессуальных прав, остальные же имели отношение к предполагаемым случаям насильственных исчезновений, внесудебных или произвольных казней (одна из реальностей американских стран).
 
 
Все петиции должны направляться Комиссии, которая первоначально изучает их на предмет приемлемости. Критерии приемлемости петиции по Межамериканской конвенции в целом соответствуют аналогичным требованиям по Европейской конвенции. В случае признания жалобы приемлемой, Комиссия проводит по ней расследование. По итогам рассмотрения жалобы Межамериканская комиссия составляет доклад, в котором будет содержаться вывод о том, было ли допущено нарушение Конвенции. Данный доклад Комиссия может затем передать для рассмотрения в Межамериканский Суд по правам человека.
 
 
В общем плане функции Комиссии заключаются в поощрении прав человека и их защите. Для выполнения этих функций Комиссия наделена соответствующими полномочиями, среди которых: представление правительствам государств–членов ОАГ соответствующих рекомендаций, касающихся совершенствования национального законодательства по вопросам прав человека, а также содействия осуществлению и соблюдению провозглашенных в Межамериканской конвенции прав человека; подготовка докладов и исследований, которые Комиссия сочтет необходимыми для выполнения своих функций; рассмотрение жалоб на нарушения прав человека со стороны государства–участника Конвенции и др. Как видно из перечисления, Межамериканская комиссия выполняет ряд функций, не свойственных бывшей Европейской Комиссии по правам человека (а ныне — Европейскому Суду) по Европейской конвенции.

 
 
Межамериканский Суд по правам человека — автономный судебный орган, наделенный функциями по применению и толкованию Межамериканской конвенции. Правом передачи дела в Суд обладают только государства–участники Конвенции и Межамериканская комиссия. Решения Суда по рассмотренным им делам обязательны для участвующих в рассмотрении сторон и обжалованию не подлежат. По просьбе одной из сторон в деле Суд может дать толкование вынесенного им решения.
 
 
Как показывает практика, одной из важнейших функций Суда стало принятие промежуточных мер «в крайне важных и срочных случаях, а также в случае необходимости для предотвращения причинения лицам невосполнимого ущерба» (п. 2 ст. 63 Межамериканской конвенции). Примечательно, что такие меры могут предприниматься Судом как по уже рассматриваемым им делам, так и по тем, что еще находятся в Межамериканской комиссии. Учитывая особые условия современной Латинской Америки, данные меры сыграли позитивную роль в ограждении от насилия свидетелей по делам, касающимся нарушения прав человека. Представить схожую ситуацию в рамках европейской региональной системы крайне сложно.

 
 
Кроме того, Межамериканский Суд обладает консультативной юрисдикцией по толкованию положений как самой Конвенции, так и других договоров, касающихся защиты прав человека в странах американского континента. Таким образом, круг вопросов, по которым Суд может давать консультативные заключения, значительно шире аналогичного круга по Европейской конвенции. Причем в отличие от европейской системы, когда консультативные заключения может запрашивать только Комитет Министров Совета Европы, по Межамериканской конвенции правом обратиться по данному вопросу в Межамериканский Суд обладают государства–члены ОАГ и органы этой организации. Кроме того, Межамериканский Суд вправе по запросу любого государства–члена ОАГ давать заключение о соответствии любого закона такой страны положениям Конвенции или иных договоров в области прав человека. По состоянию на январь 1997 г. Суд вынес 15 консультативных заключений, из них пять давались по запросу Межамериканской комиссии.
 
 
Невысокое число вынесенных Судом решений и консультативных заключений позволило В.А. Карташкину сделать вывод, что деятельность контрольных органов в рамках межамериканской системы «оказалась практически неэффективной» 618. Безусловно, на такое положение оказывают влияние реалии американских государств. «Функционирование реальной системы защиты прав человека, созданной на основе Межамериканской конвенции по правам человека, свидетельствует о ее неэффективности в условиях, существующих в данном регионе» 619.
 
 
Одной из причин невысокой эффективности межамериканской системы можно считать то, что при ее создании авторы Конвенции постарались механически перенести на «американскую почву» многие элементы Европейской конвенции.
 
 
Сопоставление деятельности европейских и американских региональных правозащитных органов позволяет сделать вывод, что только схожесть политических и правовых систем, исторического опыта, близость уровней социально-экономического развития дает шанс для эффективности их деятельности. Указанные причины в значительной степени объясняют, почему функционирование европейской системы оказывалось намного успешнее, чем деятельность Межамериканских Комиссии и Суда на Латиноамериканском континенте. Кроме того, для запуска системы, аналогичной европейской, требуются значительные финансовые средства, которых ОАГ недостает
 
33.
В соответствии с частью 3 статьи 29 Конституции Российской Федерации каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом.
 
Свободно получать информацию – значит, иметь открытый доступ к сведениям, представляющим значение для реализации прав и свобод человека и гражданина ( о наличии вакантных рабочих мест, о состоянии окружающей природной среды, о расписании движения маршрутных транспортных средств и т.д.).
 
Однако это право не безусловно – оно реализуется «законным способом», то есть в тех пределах, которые очерчены действующим законодательством. Установление таких пределов на основании федерального закона самой Конституцией Российской Федерации прямо связывается с необходимостью защиты прав и законных интересов других лиц, защиты нравственности, здоровья, безопасности государства (статья 55).
 
Поэтому порядок реализации права граждан на информацию раскрывается в специальных федеральных законах, среди которых два нормативных правовых акта – Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» и Федеральный закон «О персональных данных» — имеют основополагающее значение.
 
В соответствии с Федеральным законом «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» вся по критерию ее доступности подразделяется на две категории – открытого доступа (общедоступная) и ограниченного доступа, для получения которой существуют те или иные условия и ограничения.
 
К общедоступной относится общеизвестная и иная информация, доступ к которой не ограничен (статья 7 Федерального закона «Об информации…»). Такая может использоваться ее получателями свободно, по своему усмотрению, если только для ее использования не установлены специальные ограничения.
 
По общему правилу, открытой является о деятельности государственных органов и органов местного самоуправления – если иное не установлено федеральными законами (статья 3 Федерального закона «Об информации…»).
 
Развивая это правило, законодатель говорит о том, что любой гражданин вправе получать от государственных органов, органов местного самоуправления, их должностных лиц информацию, непосредственно затрагивающую его права и свободы (статья 8 Федерального закона «Об информации…»). Отказ в предоставлении такой информации, при условии соблюдения гражданином порядка обращения за получением информации, является неправомерным и может быть оспорен гражданином в суде.
 
Следует отметить – при необходимости гражданин вправе в письменном заявлении на имя руководителя государственного, муниципального органа, организации просить также выдачи копий документов, необходимых для решения вопросов, касающихся его прав и законных интересов (пункт 1 Указа Президиума ВС СССР «О порядке выдачи и свидетельствования предприятиями, учреждениями и организациями копий документов, касающихся прав граждан» от 04.08.1983 № 9779-Х).
 
В отношении нижеперечисленной информации какие-либо ограничения доступа установлены быть не могут:
 
— нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, а также устанавливающие правовое положение организаций, государственных органов и органов местного самоуправления;
 
о состоянии окружающей среды; — информация о деятельности государственных и муниципальных органов, об использовании бюджетных средств (за исключением сведений, составляющих государственную или служебную тайну);
 
— информация, накапливаемая в открытых фондах библиотек, музеев и архивов, а также в государственных, муниципальных и иных информационных системах, созданных или предназначенных для обеспечения граждан (физических лиц) и организаций такой информацией.
 
Закон гарантирует бесплатность предоставления информации в следующих случаях:
 
— если о деятельности государственных и муниципальных органов размещается такими органами в информационно-телекоммуникационных сетях (Интернет);
 
— если затрагивает права и обязанности заинтересованного лица.
 
Установление государственным органом, либо органом местного самоуправления, их должностными лицами платы за предоставление информации возможно только в случаях и на условиях, которые установлены федеральным законом.
 
Следует отметить, что действующее законодательство об информации предоставляет широкие полномочия обладателю информации – он вправе, в частности, разрешать или ограничивать доступ к информации, определять порядок и условия такого доступа. При этом данное право обладателя информации не может нарушать прямо предусмотренное федеральным законом право гражданина на доступ к той или иной информации. Это означает, что установление произвольных ограничений, запретов на доступ к информации неправомерно (часть 4 статьи 29, часть 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации, Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 18.02.2000 № 3-П).
 
Так, не может быть признана коммерческой тайной такая социально значимая информация, как:
 
— о задолженности работодателей по выплате заработной платы и по иным социальным выплатам;
 
— о численности и составе работников предприятия, о системе оплаты и об условиях труда, об охране труда, показателях производственного травматизма и профессиональной заболеваемости, о наличии свободных рабочих мест;
 
— о загрязнении предприятием окружающей среды, состоянии противопожарной безопасности, санитарно-эпидемиологической и радиационной обстановке, безопасности пищевых продуктов и других факторах, оказывающих негативное воздействие на обеспечение безопасного функционирования производственных объектов, безопасности каждого гражданина и населения в целом;
 
— сведения, содержащиеся в документах, дающих право на осуществление предпринимательской деятельности (статья 5 Федерального закона «О коммерческой тайне»).
 
Важное требование к обладателям информации ограниченного доступа, которым она стала известна в связи с исполнением должностных обязанностей – соблюдение конфиденциальности такой информации (она не может быть передана третьим лицам).
 
Особой категорией охраняемой законом информации являются персональные данные – любая информация, относящаяся к определенному или определяемому на основании такой информации гражданину, в том числе его фамилия, имя, отчество, год, месяц, дата и место рождения, адрес, семейное, социальное, имущественное положение, образование, профессия, доходы, другая соответствующая информация (статья 3 Федерального закона «О персональных данных»).
 
Такая информация, по общему правилу, должна оставаться конфиденциальной для третьих лиц (части 1 и 2 статьи 7 Федерального закона «О персональных данных»), за исключением случаев, когда:
 
1) сам гражданин – субъект персональных данных – дает согласие на ее разглашение, в том числе для определенных (ограниченных) целей использования (например, включение данных о сотрудниках организации в общедоступные справочники);
 
2) законом установлены обязательные требования для предоставления персональных данных (например, обнародование государственными служащими сведений о своих доходах и имуществе);
 
3) о гражданине обезличивается, то есть не позволяет достоверно установить его и, по существу, теряет характер персональных данных (например, гражданин Б., сотрудник коммерческой фирмы).
 
Также, по общему правилу, не допускаются любые действия по обработке персональных данных, касающихся расовой, национальной принадлежности, политических взглядов, религиозных и философских убеждений, состояния здоровья, интимной жизни (статья 10 Федерального закона «О персональных данных»). Исключение из этого правила закон устанавливает, в частности, для целей отправления правосудия, оказания медицинской помощи, безопасности, оперативно-розыскной деятельности.
 
Наконец, в ряде случаев закон устанавливает запрет на распространение информации – так, статьей 10 Федерального закона «Об информации…» установлен запрет на распространение информации, которая направлена на пропаганду войны, разжигание национальной, расовой или религиозной ненависти или вражды, а также иной информации, за распространение которой предусмотрена уголовная или административная ответственность
 
34.
Свобода от пыток или бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания является безусловной свободой, не подлежащей никаким ограничениям. Нет и не может быть обстоятельств, оправдывающих пытки или унижение человеческого достоинства. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению и наказанию, а также без добровольного согласия — медицинским, научным или иным опытам. Защита достоинства личности безусловна и осуществляется государством: никакие обстоятельства не могут служить основанием для его умаления. Поэтому защите подлежит достоинство любой личности — не только взрослого и дееспособного человека, но и несовершеннолетних и душевнобольных.
 
Иногда люди, услышав термины «бесчеловечное обращение» или «унижающее достоинство обращение», готовы понимать под этим любую несправедливость: «разве моя зарплата не унижение человеческого достоинства?», «бесчеловечно без конца поднимать плату за коммунальные услуги» и т.д. Подчеркнем, что в таких случаях, нет речи о рассматриваемой нами свободе. Достоинство гарантируется и защищается и другими личными правами (правом на свободу и личную неприкосновенность и пр.). Защита достоинства человека обеспечивается и рядом социально-экономических прав, например, правом на социальное обеспечение, гарантирующим достойный уровень жизни. В развитие конституционных норм достоинство личности охраняется нормами ряда отраслей права, вплоть до уголовного, предусматривающего такие составы преступлений против чести и достоинства, как клевета и оскорбление.
 
Свобода от пыток, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания закреплена во всех основополагающих международных актов по правам человека.
 
— Всеобщая декла­рация прав человека (ООН, 1948 г.):
 
«Никто не должен подвергаться пыткам или жестокому, бесчеловечному или унижающему его достоинство обращению и наказанию» (ст. 5).
 
— Международный пакт о гражданских и политических правах (ООН, 1966 г.):
 
«Никто не должен подвергаться пыткам или жестокому, бесчеловечному или унижающему его достоинство об­ращению или наказанию. В частности, ни одно лицо не должно без его свободного согласия подвергаться медицинским или научным опытам» (ст. 7).
 
— Европейская Конвенция о защите прав человека и основных свобод (Совет Европы, 1950 г.):
 
«Никто не должен подвергаться пыткам или бесчеловечному или унижающему его достоинство обращению или наказанию» (ст. 3).
 
— Конвенция о правах ребенка (ООН, 1989 г.):
 
«Государства-участники обеспечивают, чтобы ни один ребенок не был подвергнут пыткам или другим жестоким, бесчеловечным или унижающим достоинство видам обращения или наказания» (ст.37а).
 
Данная свобода получила свое оформление и в других ме­ждународных и региональных актах: в ст. 5 Межамериканской Конвенции по правам человека (1969 г.), а также в ст. 5 Африканской Хартии прав человека и прав народов (1981 г.), в ст. 3 Конвенции СНГ о правах и основ­ных свободах человека (1995 г.).
 
Наиболее полное нормативное закрепление в международном праве прав человека рассматриваемая свобода получила в принятой в 1984 г. ООН Конвенции против пыток и других жестоких, бесчело­вечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания.
 
Не менее значимым для последующего оформления концепции свободы от пыток и других видов антигуманного обращения и нака­зания было влияние указанных документов ООН на нормотворческую деятельность Совета Европы, выразившееся в принятии в 1987 г. Европейской конвенции по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения и наказания.
В Конституции Российской Федерации записано:
 
«Никто не должен подвер­гаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему челове­ческое достоинство обращению или наказанию. Никто не может быть без добровольного согласия подвергнут медицинским, научным или иным опытам» (ст. 21).
 
Анализ содержания правовых актов, касающихся правовой регламентации свободы от пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, дает возможность выделить понятия, позволяющие раскрыть содержание ис­следуемого права. К ним следует отнести: «пытка», «жестокое обра­щение (или наказание)», «бесчеловечное обращение (или наказа­ние)», «унижающее достоинство обращение (или наказание)», «меди­цинские или научные опыты», «насилие».
 
О нарушении рассматриваемой свободы речь может идти, если налицо, во-первых, преднамеренное допущение значительных физических или нравственных страданий и, во-вторых, совершение нарушения с ведома или молчаливого согласия представителей официальной власти. Если боль и страдания возникли в результате применения законных санкций, были неотделимы от этих санкций, то о нарушениях говорить нельзя. Например, полицейский, надевая наручники (в ситуации, когда это необходимо), может причинить правонарушителю страдания. Но нарушением рассматриваемой свободы эти действия будут лишь в том случае, если полицейский намеренно причинил при этом чрезмерные страдания.
 
Понятие «пытка» включает в себя наивысшую степень страданий и содержит третий элемент, характеризующий только эту форму антигуманного обращения: совершение нарушения с определенной целью (получение информации, наказание, запугивание и т.д.).
 
Заметим, что ни международные, ни региональные, ни внутригосударственные пра­вовые акты не содержат нормативного определения понятия «жестокое, бесчеловечное или унижающее достоинство обращение или наказание».
 
Тем не менее, можно отметить, что европейское сообщество различает понятия «бесчеловечное обращение или наказание», унижающее достоинство обращение или наказание», несмотря на то, что оба эти понятия до сих пор недостаточно разработаны в прецедентом праве.
 
В деле «Дания, Франция, Норвегия, Швеция и Нидерланды против Греции» (1969 г.) Европейская комиссия* определила степень тяжести запрещен­ного Конвенцией поведения следующим образом:
 
«бесчеловечное обращение или наказание – такое обращение, кото­рое намеренно влечет серьезные моральные или физические страдания и не может быть оправданным в данной ситуации»;
 
«унижающее достоинство обраще­ние или наказание – обращение, которое грубо унижает человека перед другими и принуждает его поступать против своей воли или совести».
 
При рассмотрении дела «Ирландия против Великобритании» (1978 г.) Европейский суд признал:
 
«бесчеловечное обращение или наказание – причи­нение сильного физического или душевного страдания»;
 
«унижающее досто­инство обращение или наказание – плохое обращение, направленное на то, чтобы вызвать у жертв чувство страха, подавленности и неполноцен­ности, с целью оскорбить, унизить или сломить их физическое и мораль­ное сопротивление»
 Источники основных личных прав граждан Европейского Союза
 
Источники основ правового положения человека и гражданина, как и других норм права Европейского Союза, служат в первую очередь статьи «конституции» Союза, то есть его учредительных документов. Однако в связи с тем, что договору о Европейском Союзе и ЕС до сих пор не содержат полноценного «билля о правах», документы первичного права потребовалось дополнить положениями иных видов нормативных актов и договоров, в том числе заимствованных из других правовых систем, а также актами прецедентного права.
 
Основополагающие акты Европейского Союза в редакции Лиссабонского договора 2007 г., а также сам этот Договор и образуют источники основных личных прав граждан Европейского Союза.
 
Список источников открывают учредительные документы Европейского Союза. Вместе взятые, они официально именуются «Договоры» и служат ядром всей правовой конструкции ЕС.
 
Первый учредительный документ — Договор о Европейском Союзе — устанавливает наиболее общие контуры устройства ЕС и нормативные основы его внешней политики.
 
Второй учредительный документ — Договор о функционировании Европейского Союза — подробно регламентирует компетенцию ЕС и деятельность его институтов, органов и учреждений в разных сферах жизни.
 
В результате реформы правовых устоев Европейского Союза, проведенной Лиссабонским договором 2007 г., тексты его учредительных документов изменились во многом до неузнаваемости:
 
* пересмотрено или целиком заменено содержание большинстваразделов, глав, статей;
 
* изменены их наименования и порядок расположения;
 
* включено множество новых нормативных предписаний;
 
* модернизированы терминология и понятийный аппарат;
 
* один из основополагающих документов сменил название (прежнее наименование Договора о функционировании Европейского Союза — Договор об учреждении Европейского сообщества.Еще ранее, до 1 ноября 1993 г., тот же документ назывался Договором об учреждении Европейского экономического сообщества).
 
Несмотря на то, что обновленные «Договоры» продолжают датироваться девяностыми и пятидесятыми годами прошлого столетия, когда состоялось их подписание в первоначальной редакции (Договор о Европейском Союзе 1992 г. и Договор о функционировании Европейского Союза 1957 г.).
 
Составной, но структурно обособленной частью учредительных документов выступают прилагаемые к ним протоколы. Эти источники дополняют и уточняют статьи учредительных документов положениями специального, организационного или переходного характера:
 
* участие национальных парламентов в европейской интеграции («Протокол о роли национальных парламентов в ЕвропейскомСоюзе»);
 
* статус и организация работы судебных органов и центральных банков ЕС («Протокол о Статуте Суда Европейского Союза», «Протокол об Уставе Европейской системы центральных банков и Европейского центрального банка»);
 
* иные организационные, переходные и специальные положения («Протокол о переходных положениях», «Протокол о привилегиях ииммунитетах Европейского Союза», «Протокол об экономическом, социальном и территориальном сплочении», «Протокол о Шенгенских достижениях, интегрированных в рамки Европейского Союза» и т.д.).
 
Особого упоминания заслуживают протоколы, в которых предусмотрены исключения и изъятия для некоторых стран Европейского Союза. Эти исключения и изъятия были приняты в результате напряженных переговоров и направлены на то, чтобы достичь соглашения между странами Союза, занимающими, подчас, особые позиции. Руководство таких государств (Великобритания, Ирландия.Дания, Польша и т.д.) демонстрировало своим народам принципиальное отстаивание национальных интересов, а Союз — готовность договориться, пойти на уступки и учитывать национальные особенности государств-членов. При этом достигается большее отличиетекста Лиссабонского договора 2007 г. от не вступившей силу Конституции 2004 г. и обеспечивает больше шансов для успешной ратификации этого Договора в наиболее «проблемных» государствах.
 
Упомянутые протоколы фактически заменяют собой оговорки государств, которые, по общему правилу, разрешаются Венской конвенцией о праве международных договоров 1969 г. для межгосударственных соглашений, но не допускаются к учредительным документам Европейского Союза.
 
Особое место среди основополагающих актов «нового» ЕС занимает Хартия Европейского Союза об основных правах. Этот уникальный источник (необычный, прежде всего, с точки зрения нестандартной классификации основных прав личности исходя из ценностей, которые они отражают и защищают — «достоинство», «свобода», «равенство» и т.д.), формально не является, в отличие от протоколов и приложений, составной частью учредительных документов организации («Договоров»).
 
Это сделано, скорее всего, для безболезненного по сути уменьшения общего объема текста учредительных документов и обеспечения видимости их существенных отличий от неудавшегося проекта Конституции для Европы.
 
Текст Хартии был разработан в 2000 г. специальным учредительным собранием («Конвентом») в составе представителей законодательных и исполнительных органов Европейского Союза и его государств-членов, а затем утвержден и торжественно провозглашен как совместный правовой акт трех политических институтов ЕС — Европейского парламента, Совета Европейского Союза и Европейской комиссии.
 
Уже при подготовке Хартии ее авторы рассчитывали на то, что в будущем она получит высшую юридическую силу в правовой системе Европейского Союза, например, путем включения (инкорпорации) ее в текст учредительных документов ЕС. Это как раз планировалось Конституцией для Европы 2004 г.
 
Эта цель была достигнута Лиссабонским договором 2007 г., однако несколько иным путем, близким к конституционной модели современной Французской Республики. Как известно, действующая Конституция Франции 1958 г. (Конституция «Пятой республики») не содержит в себе, в отличие от основных законов большинства демократических стран, полноценного каталога основных прав и свобод. Вместо этого она отсылает к Декларации прав человека и гражданина 1789 г. и некоторым другим источникам. Благодаря такой отсылке эти источники права приобретают конституционный характер, оставаясь формально за рамками текста действующего основного закона Франции.

Войти с помощью: 
Подписаться
Уведомление о
guest
0 Комментарий
Встроенные отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Будем рады вашим мыслям, пожалуйста, прокомментируйте.x
()
x