Конструктор реальности: где заканчивается наше «Я» и начинается наука

Мы привыкли думать, что видим мир таким, какой он есть. Трава и листья деревьев зеленого цвета, сахар сладкий, а время течет равномерно. Однако современная наука утверждает, что мы никогда не взаимодействуем с реальностью напрямую. Мы никогда не воспринимаем реальность непосредственно — мозг всегда реконструирует ее на основе поступающих сигналов. Некоторые нейробиологи, в частности Аннил Сет, описывают восприятие как «контролируемую галлюцинацию». Согласно этой теории, ваш мозг это не пассивный приемник сигналов, как микрофон или камера, а активный предсказатель. Он постоянно строит гипотезы о том, что должно произойти в следующую секунду, и сверяет их с сигналами от органов чувств.

Если вы читаете этот текст, мозг активно использует прогнозирование, поэтому контекст позволяет распознавать слова даже при неполной информации на основе прошлого опыта, контекста и нечетких пятен света, попадающих на сетчатку. Если бы мы видели мир «как есть», мы бы вообще могли видеть белый шум, слепое пятно на сетчатке, которое есть у каждого из нас, и постоянные искажения. Но мозг делает ретушь, стирая слепые зоны и заполняя их правдоподобным фоном. Мы видим не реальность, а удобный для выживания интерфейс.

Субъективность начинается на уровне физиологии. Представьте, что вы смотрите на красное яблоко. Для вас «красный» это сигнал электромагнитной волны длиной около 700 нанометров (диапазон примерно 620–750 нм). Но цвет это не свойство яблока, это продукт химической реакции в ваших колбочках и обработки в затылочной коре. Кто-то имеет четвертый тип колбочек, называемых тетрахроматами, и видит в этом яблоке оттенки, которые мы не способны даже вообразить. Кто-то, наоборот, дальтоник, для него мир серо-зеленый. Но удивительно другое: каждый из них убежден, что его версия цветопередачи самая нормальная и объективная. Мы не можем выйти за пределы своей биохимии, поэтому спор о том, «какой цвет на самом деле», лишен смысла за пределами физической длины волны. То же самое касается вкуса, слуха и даже болевых ощущений. Люди по-разному переживают боль в зависимости от культурного бэкграунда и эмоционального состояния. Мозг может усилить сигнал, если он считает угрозу серьезной, или приглушить его, если нужно спасать жизнь в экстремальной ситуации.

Следующий уровень иллюзии — когнитивный, и здесь мы переходим к самому глубокому пласту человеческого восприятия. Мы уверены, что мыслим рационально, но на самом деле мы мыслим метафорами. Лингвисты давно заметили, что язык структурирует наше восприятие пространства и времени. Австралийское племя гуугу-йимитьирр использует не понятия «лево» и «право», которые привязаны к телу, а строго стороны света: север, юг, запад и восток. Они говорят не «ложка лежит справа от чашки», а «ложка лежит к югу от чашки». Чтобы говорить так, им нужно постоянно держать в голове внутренний компас. В итоге они ориентируются в пространстве феноменально точно, а их восприятие времени связано не с движением тела вперед-назад, а с движением солнца. В древнегреческих текстах у Гомера море называется виноцветным, а небо бронзовым. Долгое время это считали поэтической вольностью, но исследования показали, что у древних греков в лексиконе не было четкого разделения на синий и зеленый цвет. Они физически видели эти цветовые волны, но цветовые категории в древнегреческом языке отличались от современных, поэтому многие оттенки описывались иначе. Без ярлыка в языке мы не можем удерживать категорию в уме. Мы не столько описываем реальность, сколько создаем ее через именование.

Самая поразительная иллюзия, которую мы создаем коллективно, это деньги. Физически бумажка с портретом это просто целлюлоза с типографской краской. В кошельке у вас лежит не ценность, а обещание. Но это обещание работает только потому, что в него верят все остальные члены общества. В философии и социальных науках такие явления называют интерсубъективной реальностью это сфера, которая существует исключительно благодаря общему согласию множества умов.

Объективная реальность это гравитация, которая притягивает яблоко к земле независимо от того, знаете ли вы законы Ньютона и верите ли в них. Субъективная реальность это ваше ощущение вкуса этого яблока, которое зависит от тысяч факторов: от свежести плода до вашего настроения и даже от цвета тарелки, на которой оно лежит. Объективная реальность это температура плавления льда: ноль градусов по Цельсию, и это справедливо для любого человека в любой точке планеты на уровне моря. Субъективная реальность это ваше ощущение холода, когда вы держите этот лед в руке: кому-то он кажется очень холодным, кто-то едва его замечает, а кто-то испытывает боль. Объективная реальность это скорость света, которая всегда постоянна, что бы мы о ней ни думали. Субъективная реальность это ваше восприятие времени, которое тянется бесконечно на скучной лекции или пролетает очень быстро в компании друзей.

А интерсубъективная это деньги, законы, границы государств и корпорации. Когда вы переводите тысячу рублей по телефону, не происходит перемещения никаких наличных денег, лишь обновляются цифровые записи. Но эта иллюзия настолько крепка, что ради изменения этих цифр люди готовы работать по двенадцать часов в сутки. Мы придумали миф о валовом внутреннем продукте, инфляции и кредитном рейтинге и подчинили этим призракам всю нашу биохимическую жизнь — уровень стресса, дофаминовые всплески от покупок, чувство безопасности и социального статуса. Деньги работают не потому, что они чем-то подкреплены физически, а потому, что мы все согласились считать их работающими, и этот коллективный договор самое хрупкое и одновременно самое прочное из всего, что создало человечество.

Самый жесткий уровень мифотворчества это социальные институты: брак, суд, образование. Брак это не физическое состояние. Это набор обещаний и ярлык. Если отправить двух людей на необитаемый остров без свидетелей, их союз перестает быть браком в юридическом смысле, хотя физически они живут вместе. Брак существует только в головах общества и в архивах загса. Понятие «вины» в суде это тоже концепт, придуманный людьми. Понятие преступления существует в рамках человеческих правовых систем, а не законов природы. Но мы создали сложнейшую ритуальную систему с мантиями, клятвами и заседаниями, чтобы решить, нарушил ли человек общественный договор. Самое удивительное, что мы сами же пишем эти правила, а затем искренне злимся, когда кто-то их нарушает, хотя в физической вселенной эти правила просто колебания воздуха в виде слов и чернила на бумаге.

Даже время, которое кажется нам фундаментальной данностью, на поверку оказывается мифом. В физике рост энтропии задает направление времени в термодинамических процессах. Но наше переживание времени это чистый миф. Мы делим сутки на двадцать четыре равных часа, хотя час это абсолютно условная величина, привязанная к вращению Земли вокруг своей оси, которое, кстати, постепенно замедляется. Мы живем по григорианскому календарю, созданному папой римским в шестнадцатом веке. Мы празднуем наступление Нового года в полночь, хотя в этот момент в космосе ничего сверхъестественного не происходит — Новый год наступает в условную дату, установленную календарем. Миллионы людей синхронизируют свои биологические часы и эмоции, эйфорию и надежду, по этому искусственному циклу.

На этом этапе важно уловить главную мысль: мифотворчество это не баг человеческой психики, это ее суперспособность. Иллюзия культуры выполняет три жизненно важные функции. Во-первых, она снижает тревогу, хаос Вселенной невыносим для сознания, и, рассказывая истории о том, как устроен мир, будь то религия, наука или политическая идеология, мы упаковываем бесконечность в понятные коробочки. Во-вторых, она обеспечивает кооперацию, люди способны координировать действия в группах огромного масштаба благодаря разделяемым символам и институтам. В-третьих, она создает эволюционный рычаг — мы передаем эти мифы из поколения в поколение в виде книг, законов, традиций. Это наша внегенетическая память. Способность создавать общие символические системы стала одним из важнейших факторов успеха Homo sapiens.

Культура это коллективный сон, который мы видим вместе, синхронно, передавая его из поколения в поколение. Мы просыпаемся по звонку будильника, хотя этот звонок всего лишь договоренность о том, что утро начинается в определенный час. Мы зарабатываем деньги, но ценность этих бумаг или цифр существует лишь до тех пор, пока мы согласны считать их ценностью. Мы стремимся приобрести статус, который не измерить ни в килограммах, ни в метрах, он существует только в сознании окружающих. И здесь кроется самый удивительный парадокс человеческого существования: договорившись считать эту иллюзию реальностью, мы превращаем ее в реальность действующую. Деньги действительно работают, потому что мы в них верим. Мы сами ткем эту паутину смыслов, а затем оказываемся в ней опутанными, забывая, что авторами всех этих правил были мы же. И в этом нет обмана, это механизм выживания и развития.

Но если все вокруг интерфейс, неужели мы вообще не можем добраться до сути? Можем. И этот инструмент — физика. В отличие от искусства, политики или личных воспоминаний, законы физики не зависят от нашего культурного кода или настроения. Гравитация притягивает тело с ускорением девять целых и восемь десятых метра в секунду за секунду независимо от того, считаете ли вы это справедливым или красивым. Объективность физики проявляется в том, что она делает предсказания, которые сбываются. Например, если вы уроните камень, он упадет всегда и у всех. А некоторые атомные ядра при делении или слиянии выделяют строго определенное количество энергии.

В этой точке наши личные иллюзии встречают непреодолимую стену. Эйнштейн доказал, что время течет по-разному для разных наблюдателей, снова субъективность, но формула этого течения едина для всех. Субъективен образ мира, но объективна связь между его элементами. Физика это не то, что мы видим глазами, а то, что мы можем рассчитать и воспроизвести. Физика строит математические модели, которые с высокой точностью описывают и предсказывают поведение природы.

Осознание того, что ты конструктор собственной вселенной, звучит пугающе, но на самом деле это освобождает. Понимая, что ваш оппонент видит мир иной цветовой гаммой, легче принять его правоту как правоту его мозга, а не как злой умысел. Это развивает критическое мышление, вы начинаете отделять данные, физические показатели, от интерпретации, эмоций и смыслов. И это дает свободу воли, раз наш мозг достраивает картину, значит, мы можем тренировать его делать это более оптимистично и адаптивно. Мы не можем изменить гравитацию, но мы можем изменить отношение к падению.

Мы действительно живем в мире иллюзий, но с одним важным уточнением — это регулируемые иллюзии. Законы физики это компас, который не дает нашему индивидуальному кино превратиться в хаос. Мы смотрим на один и тот же объект через миллиард призм, но сила тяжести и скорость света остаются для всех единой системой координат. В этом и заключается великая драма и великое чудо человеческого существования: субъективное восприятие и объективная реальность танцуют вечный танец. И только физика, с ее ядерным распадом и силой гравитации, время от времени напоминает нам, что где-то за этой красивой сказкой скрывается холодный, безразличный механизм, который плевать хотел на наши корпоративные этики и межличностные отношения. Но пока он молчит — мы пишем свою очень увлекательную книгу под названием «Человеческая цивилизация».

Присоединяйтесь к нам в соцсетях